sun

О занудстве

Занудство замешано на остром желании говорящего, чтобы ты всё правильно понял и непонимании, что ты уже всё понял. Занудство похоже на некий транс говорящего, в котором главное – не понимать, что человек может думать быстрее, чем ты говоришь. В этом трансе происходит самозацикливание: чем больше говоришь, тем большей видится нужда слушателя в твоих словах. Дельные замечания собеседника в тему раздражают зануду во время транса, нарушают его гармонию. Благополучный исход зануды из транса происходит, когда он для самого себя становится занудным, и в этом - шанс вылечиться от занудства, но нужно перестать считать себя умнее другого. Кстати, в связи с этим зануда может дремать в каждом, ждать своего часа пробуждения.
Однако, есть два вида зануд, которые не докучают разговорами и даже осуждают их.
Первые всегда найдут способ сообщить, что всё плохо кончится.
Вторые всё и вся любят разложить по полочкам. И даже зануд.
Так что, есть подозрение, что писать про занудство – большое занудство. И если понял, что ты зануда, но продолжаешь быть им, спасает самоирония. Хотя спасает тебя, но не собеседника...
sun

Горе, грусть и печаль

Илья Латыпов

Люди часто говорят о горе в контексте смерти близких людей, но горевание - это не только о смерти. Главное в горе - это слово "навсегда", мы переживаем утрату того, чего не вернуть больше никогда, и осознаем это (или думаем о том, что это навсегда). Эти чудовищные "никогда" и "навсегда"... Поэтому люди плачут не только по умершим... Мы можем плакать над умирающими иллюзиями о том, что отношения с каким-то человеком возможны. Горевать над смертью надежды на то, что мама или папа, или наша судьба могли бы быть иными. Над тем, что невозможно оказалось в прошлом избежать унижения или фатальных ошибок... Горюя, прощаться с собственной инфантильностью, хоронить детские мечты или идеи о том, что ты можешь быть кем-то другим, а не собой. Увы - прощание навсегда с чем-то значимым и дорогим неизбежно сопровождается гореванием. Нам не избежать его, к сожалению, если не хотим быть заваленными обломками прошлых отношений, иллюзий, событий... Нередко горе подменяется яростью и гневом на уходящих, на самих себя или на прошлое ("а ведь могло бы быть иначе, если бы не я, если бы не они, если бы не Бог..). Ярость неизбежна, но - как часть процесса, а не его замена... В ярости ("паранойе", как сказали бы психоаналитики) мир кажется враждебно настроенным, жаждущим лишить нас всего ценного. Но ярость не дает избавления, она только еще сильнее цепляет нас за уходящих, тянет за ними, делает невозможным освобождение. Ярость проще и яснее, но она пожирает огромное количество энергии. Горе тяжелее и сложнее, но оно дает возможность расти новому - после того, как оплакали и отпустили старое...

Остановленное горе превращается в царапающую изнутри скорбь или в тоску - эту вечно ноющую пустоту на месте вырванной из души ценности. Тоска тянет броситься вслед за ушедшими, потому что только они могут заполнить незаживающую рану.

Еще есть грусть. Она легче и светлее горя потому, что в грусти нет этой фатальности. В грусти я расстаюсь с кем-то или чем-то важным для себя, но всегда в ней остается шанс на возрождение в новом качестве - пусть и не сейчас. Я грущу над тем, что мои ошибки и нелепые слова могли разрушить отношения, но, одновременно, своей грустью я признаюсь в ценности этих отношений. И если другой человек тоже грустит - значит, это было ценным для нас, и кто знает - может, что-то новое родится, но только не сейчас - сейчас время грустить о том, что что-то не получилось... Грусть всегда сопровождает прощание с ценным - не навсегда, но мы точно не знаем, когда встретимся снова. Грусть помогает нам признать: что-то очень хорошее завершилось, в будущем возможно что-то еще хорошее - но уже по-другому, так, как было, уже не будет...

И если мы дадим горю и грусти сделать свое дело, то им на смену постепенно приходит печаль. Печаль - это осознание того, что мир существует дальше, но это мир без чего-то очень важного для нас. Этот мир не стал хуже - он просто стал другим, а того, что было - уже нет. И мы все "обречены" на печаль... Когда я вспоминаю своего уже давно умершего отца - я уже не горюю, на душе - печаль, я снова и снова осознаю, что этот мир - уже без него... Печаль - это примирение с тем, чего уже не изменить, но ты осознаешь ценность утраченного. Поэтому она может быть светлой. Как омытый слезами дождя мир свежим осенним утром, когда после долгого ночного дождя наконец-то начинают пробиваться утренние солнечные лучи. Просто нужно время...
"Любовь измеряется мерой прощения, привязанность - болью прощания..." (В.Леви)
sun

Принять судьбу

Умение принять свою судьбу, какой бы нескладной она иногда ни казалась, бывает очень важно для душевного здоровья.
Но не менее важно и умение увидеть в своей судьбе возможность иной судьбы. Когда это получается, яснее становится, какую свою судьбу легче принять.
sun

Другого человека изменить нельзя

Оригинал взят у tumbalele (Илья Латыпов) в Другого человека изменить нельзя

Другого взрослого человека изменить нельзя. Другого взрослого человека изменить нельзя. Другого... в общем, это нужно повторять как мантру, как гимн границам наших возможностей. Самое большее, что мы можем в отношениях - это попросить измениться. Даже если этот другой - тип крайне малоприятный. Даже если это ваша жена, которая проявляет "пренебрежительно малое внимание к домашним обязанностям". Даже если это ваш муж, который "слишком много времени проводит со своими друзьями". Даже если это повзрослевшие сын/дочь, которые не проявляют желания с нами видеться/общаться. Если кто-то наглым образом вторгается в наше личное пространство игнорируя просьбы этого не делать - его можно и нужно остановить и выдворить обратно, но изменить этого человека нельзя. Его просто придется раз за разом выдворять, если не усвоил урока и у нас достаточно сил, но усвоение урока вследствие применение силы - это не изменение человека, просто его агрессия, встретив препятствие, находит другой объект.

Collapse )

sun

Об искренности

От искренних положительных слов мы ждем простоты,поскольку уверены, что чувство всегда можно выразить просто, не задействуя образы, сравнения, рифмы. Однако, и погруженный в себя и потому не очень открытый, не очень искренний в данный момент человек, тоже может отвечать простыми словами, особо не задействуя ум, привычно произнося много раз уже сказанные слова. При всём при том, и вялые, безакцентные слова могут быть искренними - голод, усталость, боль, тревога, которые человек может испытывать, но не показывать, мешют выразительности.

И выходит, восприятие искренности, откровенности другого зависит от его сиюминутной веры в эту искренность – если он не готов в данную секунду воспринять искренность, то он её скорее всего и не воспримет. Но есть и обратная сторона медали: чем меньше веры в искренность другого, тем сильнее он это "меньше" почувствует и тем менее будет искренен. И, сам не желая того, подтвердит свою неискренность в ожиданиях другого.

Получается, искренность - это связующий луч  открытости восприятия и открытости самовыражения, это нить, связывающая два активных проводника веры, симпатии, и если одна из сторон становится менее активной, менее восприимчивой, то поток взаимной искренности неибежно ослабевает.