?

Log in

No account? Create an account

О занудстве

Занудство замешано на остром желании говорящего, чтобы ты всё правильно понял и непонимании, что ты уже всё понял. Занудство похоже на некий транс говорящего, в котором главное – не понимать, что человек может думать быстрее, чем ты говоришь. В этом трансе происходит самозацикливание: чем больше говоришь, тем большей видится нужда слушателя в твоих словах. Дельные замечания собеседника в тему раздражают зануду во время транса, нарушают его гармонию. Благополучный исход зануды из транса происходит, когда он для самого себя становится занудным, и в этом - шанс вылечиться от занудства, но нужно перестать считать себя умнее другого. Кстати, в связи с этим зануда может дремать в каждом, ждать своего часа пробуждения.
Однако, есть два вида зануд, которые не докучают разговорами и даже осуждают их.
Первые всегда найдут способ сообщить, что всё плохо кончится.
Вторые всё и вся любят разложить по полочкам. И даже зануд.
Так что, есть подозрение, что писать про занудство – большое занудство. И если понял, что ты зануда, но продолжаешь быть им, спасает самоирония. Хотя спасает тебя, но не собеседника...

Метки:

Горе, грусть и печаль

Илья Латыпов

Люди часто говорят о горе в контексте смерти близких людей, но горевание - это не только о смерти. Главное в горе - это слово "навсегда", мы переживаем утрату того, чего не вернуть больше никогда, и осознаем это (или думаем о том, что это навсегда). Эти чудовищные "никогда" и "навсегда"... Поэтому люди плачут не только по умершим... Мы можем плакать над умирающими иллюзиями о том, что отношения с каким-то человеком возможны. Горевать над смертью надежды на то, что мама или папа, или наша судьба могли бы быть иными. Над тем, что невозможно оказалось в прошлом избежать унижения или фатальных ошибок... Горюя, прощаться с собственной инфантильностью, хоронить детские мечты или идеи о том, что ты можешь быть кем-то другим, а не собой. Увы - прощание навсегда с чем-то значимым и дорогим неизбежно сопровождается гореванием. Нам не избежать его, к сожалению, если не хотим быть заваленными обломками прошлых отношений, иллюзий, событий... Нередко горе подменяется яростью и гневом на уходящих, на самих себя или на прошлое ("а ведь могло бы быть иначе, если бы не я, если бы не они, если бы не Бог..). Ярость неизбежна, но - как часть процесса, а не его замена... В ярости ("паранойе", как сказали бы психоаналитики) мир кажется враждебно настроенным, жаждущим лишить нас всего ценного. Но ярость не дает избавления, она только еще сильнее цепляет нас за уходящих, тянет за ними, делает невозможным освобождение. Ярость проще и яснее, но она пожирает огромное количество энергии. Горе тяжелее и сложнее, но оно дает возможность расти новому - после того, как оплакали и отпустили старое...

Остановленное горе превращается в царапающую изнутри скорбь или в тоску - эту вечно ноющую пустоту на месте вырванной из души ценности. Тоска тянет броситься вслед за ушедшими, потому что только они могут заполнить незаживающую рану.

Еще есть грусть. Она легче и светлее горя потому, что в грусти нет этой фатальности. В грусти я расстаюсь с кем-то или чем-то важным для себя, но всегда в ней остается шанс на возрождение в новом качестве - пусть и не сейчас. Я грущу над тем, что мои ошибки и нелепые слова могли разрушить отношения, но, одновременно, своей грустью я признаюсь в ценности этих отношений. И если другой человек тоже грустит - значит, это было ценным для нас, и кто знает - может, что-то новое родится, но только не сейчас - сейчас время грустить о том, что что-то не получилось... Грусть всегда сопровождает прощание с ценным - не навсегда, но мы точно не знаем, когда встретимся снова. Грусть помогает нам признать: что-то очень хорошее завершилось, в будущем возможно что-то еще хорошее - но уже по-другому, так, как было, уже не будет...

И если мы дадим горю и грусти сделать свое дело, то им на смену постепенно приходит печаль. Печаль - это осознание того, что мир существует дальше, но это мир без чего-то очень важного для нас. Этот мир не стал хуже - он просто стал другим, а того, что было - уже нет. И мы все "обречены" на печаль... Когда я вспоминаю своего уже давно умершего отца - я уже не горюю, на душе - печаль, я снова и снова осознаю, что этот мир - уже без него... Печаль - это примирение с тем, чего уже не изменить, но ты осознаешь ценность утраченного. Поэтому она может быть светлой. Как омытый слезами дождя мир свежим осенним утром, когда после долгого ночного дождя наконец-то начинают пробиваться утренние солнечные лучи. Просто нужно время...
"Любовь измеряется мерой прощения, привязанность - болью прощания..." (В.Леви)

Принять судьбу

Умение принять свою судьбу, какой бы нескладной она иногда ни казалась, бывает очень важно для душевного здоровья.
Но не менее важно и умение увидеть в своей судьбе возможность иной судьбы. Когда это получается, яснее становится, какую свою судьбу легче принять.

Метки:

Оригинал взят у tumbalele (Илья Латыпов) в Другого человека изменить нельзя

Другого взрослого человека изменить нельзя. Другого взрослого человека изменить нельзя. Другого... в общем, это нужно повторять как мантру, как гимн границам наших возможностей. Самое большее, что мы можем в отношениях - это попросить измениться. Даже если этот другой - тип крайне малоприятный. Даже если это ваша жена, которая проявляет "пренебрежительно малое внимание к домашним обязанностям". Даже если это ваш муж, который "слишком много времени проводит со своими друзьями". Даже если это повзрослевшие сын/дочь, которые не проявляют желания с нами видеться/общаться. Если кто-то наглым образом вторгается в наше личное пространство игнорируя просьбы этого не делать - его можно и нужно остановить и выдворить обратно, но изменить этого человека нельзя. Его просто придется раз за разом выдворять, если не усвоил урока и у нас достаточно сил, но усвоение урока вследствие применение силы - это не изменение человека, просто его агрессия, встретив препятствие, находит другой объект.

Читать дальше...Свернуть )

Об искренности

От искренних положительных слов мы ждем простоты,поскольку уверены, что чувство всегда можно выразить просто, не задействуя образы, сравнения, рифмы. Однако, и погруженный в себя и потому не очень открытый, не очень искренний в данный момент человек, тоже может отвечать простыми словами, особо не задействуя ум, привычно произнося много раз уже сказанные слова. При всём при том, и вялые, безакцентные слова могут быть искренними - голод, усталость, боль, тревога, которые человек может испытывать, но не показывать, мешют выразительности.

И выходит, восприятие искренности, откровенности другого зависит от его сиюминутной веры в эту искренность – если он не готов в данную секунду воспринять искренность, то он её скорее всего и не воспримет. Но есть и обратная сторона медали: чем меньше веры в искренность другого, тем сильнее он это "меньше" почувствует и тем менее будет искренен. И, сам не желая того, подтвердит свою неискренность в ожиданиях другого.

Получается, искренность - это связующий луч  открытости восприятия и открытости самовыражения, это нить, связывающая два активных проводника веры, симпатии, и если одна из сторон становится менее активной, менее восприимчивой, то поток взаимной искренности неибежно ослабевает.

Метки:

О глубине

Как часто находишь невидимое сходу глубокомыслие в цитатах и афоризмах известных личностей только потому, что даёшь себе работу найти. Потому что уверен (потому-то и посему-то), что скрытый смысл там должен быть. Иногда даже думаешь, что эти умные слова и сочиняются лишь для того, чтобы дать тебе возможность поупражнять ум. Но сколь же нечасто ищется скрытая глубина, скрытый смысл в словах ближнего. Не оттого ли, что не хватает смелости самоотверженно в него поверить?

Метки:

Об образах и подобиях

Было бы ужасно, если бы каждый жизненно важный орган человека вдруг обрел собственное самомнение и мог по своей воле решать, работать ему или нет на весь организм в целом - на человека, как думающую и чувствующую единицу. И большое благо, что все органы чаще всего работают в "команде" и "под руководством".

Отношения двоих, по сути, подобный цельный организм, призванный "работать" – жить и радоваться – под управлением любви, а "органами" являются две психики, два ума, каждый со своей логикой, два самолюбия, два жизненных опыта. И горе всем им, включая любовь, если вдруг позабудут, на кого "работают".

Метки:

Недосказанность притягивает.
Рождает уровни понимания фразы.
Выслушайте другого до конца:
... и вы поймёте, что понимали другого неверно, торопясь понять и переубедить его по начальным словам;
... и взращенное в слушании другого ваше терпение позволит вам не желать его переубеждать;
... и вы узнаете другого настолько, что полюбите его вместе с тем, в чем хотели переубедить;
... и говоривший в благодарность за ваше долготерпение будет готов для вас на что угодно...

Вот только выслушать другого до конца невозможно, ведь, то что он говорит, возбуждается в нем по мере жизни и потому бесконечно, но важна попытка. Она обязательно будет вознаграждена.

Метки:

14 строк

Улыбку ждали на лице с минуты на минуту...

Средь запасных аэродромов был он первым...

Лимоном смайлики с лица как ветром сдуло...

На открытый просмотр с переломом закрытым не пустят...

Не ломитесь в закрытые двери с открытым забралом...

Умей отчалить, не отдав концы, когда ты третий лишний...

Для посещений философским мыслям отведены бессонные часы...

Для Вас уж начал я распростирать объятья!..

Непредсказуем, непредподлежащ...

Бью морды. А при промахе — баклуши...

Собрался с силами, чтоб дать... понять

Стучаться к сердцу наковальни молот задолбался...

Давали "Гамлета". Но мне всё было мало...

Ломился мир от яств и чудес. Твои глаза сулили больше...
      Я не думаю, что я знаю о жизни больше, чем любой человек моего возраста, но мне кажется, что в качестве собеседника книга более надежна, чем приятель или возлюбленная. Роман или стихотворение -- не монолог, но разговор писателя с читателем -- разговор, повторяю, крайне частный, исключающий всех остальных, если угодно -- обоюдно мизантропический. И в момент этого разговора писатель равен читателю, как, впрочем, и наоборот, независимо от того, великий он писатель или нет. Равенство это -- равенство сознания, и оно остается с человеком на всю жизнь в виде памяти, смутной или отчетливой, и рано или поздно, кстати или некстати, определяет поведение индивидуума. Именно это я имею в виду, говоря о роли исполнителя, тем более естественной, что роман или стихотворение есть продукт взаимного одиночества писателя и читателя.


Иосиф Бродский. Из Нобелевской лекции

Ненужное письмо

Приезжайте. Не бойтесь. Мы будем друзьями,
Нам обоим пора от любви отдохнуть,
Потому что, увы, никакими словами,
Никакими слезами её не вернуть.

Будем плавать, смеяться, ловить мандаринов,
В белой узенькой лодке уйдём за маяк.
На закате, когда будет вечер малинов,
Будем книги читать о далёких краях.

Мы в горячих камнях черепаху поймаем,
Я Вам маленьких крабов в руках принесу.
А любовь - похороним, любовь закопаем
В прошлогодние листья в зелёном лесу.

И когда тонкий месяц начнёт серебриться
И лиловое море уйдёт за косу,
Вам покажется белой серебряной птицей
Адмиральская яхта на жёлтом мысу.

Будем слушать, как плачут фаготы и трубы
В танцевальном оркестре в большом казино...
И за Ваши печальные детские губы
Будем пить по ночам золотое вино.

А любовь мы не будем тревожить словами.
Это мёртвое пламя уже не раздуть,
Потому что, увы, никакими мечтами,
Никакими стихами любви не вернуть.

Александр Вертинский
Лето 1938, Циндао

О понимании

Если бы мы знали, как редко нас правильно понимают, мы бы чаще молчали.(Гёте)

Семёрка одностиший

Роман с красавицей стать может одностишьем...

Боялся боли – застрелился под наркозом...

Непониманье своих плюсов — это минус...

Не согласился дирижёр стреляться без оркестра...

Дошёл до ручки, а хотелось – до кондиции...

Не отключайте за долги мне свет в конце тоннеля!..

У Вас, месье, пупок немного развязался...

О терпимости

Будь терпимее к людям, которые не доросли до твоих предрассудков.(Некто)

Метки:

На перроне

Оригинал взят у rhyme_addict в На перроне

...и вроде бы судьбе не посторонний, но не дано переступить черту.
Вот и стоишь, забытый на перроне, а поезд твой, а поезд твой - ту-ту.
Но не веди печального рассказа, не истери, ведь истина проста,
и все купе забиты до отказа, и заняты плацкартные места.

Вблизи весна, проказница и сводня, сокрытая, как кроличья нора.
Но непретенциозное «сегодня» не равнозначно пряному «вчера»,
а очень предсказуемое «завтра» - почти как сайт погода точка ру.
Всё, как всегда: «Овсянка, сэр!» - на завтрак. Работа. Дом. Бессонница к утру.

Но остановка - всё ещё не бездна. И тишь вокруг - пока ещё не схрон.
О том, как духу статика полезна, тебе расскажет сказку Шарль Перрон.
Солдат устал от вечных «аты-баты», боев и аварийных переправ...
«Движенья нет!» - сказал мудрец брадатый. Возможно, он не так уж и неправ.

Ведь никуда не делся вечный поиск. Не так ли, чуть уставший Насреддин?
Не ты один покинул этот поезд. Взгляни вокруг: отнюдь не ты один.
Молчание торжественно, как талес: несуетности не нужны слова.
Уехал цирк, но клоуны остались. Состав ушел. Каренина жива.

Александр Габриэль

Семёрка одностиший

Жираф работал на подлодке перископом...

Не понят Вами я... И я Вас понимаю!..

Ваш силикон нечаянно расплавил поцелуем...

Когда печаль стучит в висок, то дождь - по барабану...

Свалилось столько счастья! Разгребаю...

Был конструктивен в построеньи междометья...

Непросто выйти из себя, не выходя из комы...
Слово "адекватность" стало обиходным в общении, адекватность — это, порой, то, чего мы хотим от партнера, собеседника, в первую очередь.
Нередко в применении этого слова ускользает главная составляющая понятия — адекватно чему? равно чему? Как бы, само собой разумеется, что адекватное поведение человека — это поведение, адекватное, равное нашим ожиданиям, которые автоматически воспринимаются нашим сознанием естественными, "нормальными" ожиданиями, то есть, человеку свойственно в понятиях нормы "танцевать" от себя. А ведь, сколько людей, столько и систем отсчёта. Кроме того, в каждом человеке какие-то составляющие его личности могут соответствовать усредненным понятиям о "норме" этой составляющей, а какие-то — нет. Думаю, в каждом найдется такая потребность, такая внутренняя страсть, такая жажда, которая заведомо не впишется в чьи-то "нормы", поэтому не каждому это и открывается — лишь особо доверенным лицам. Кому-то сверх "меры" требуется смех, кому-то – проза или поэзия, кому-то – музыка, кому-то – выражение своих мыслей, кому-то – секс и ласка, кому-то контакты с животными и прочая-прочая(не относя сюда мании, аддикции). Не всегда осознавая это, мы ищем себе пару и компанию по соответствию, равенству, адекватности своей неадекватности или нескольким сразу, нам бывает чрезвычайно важно понимание другим этого своего "ненормированного", которое искренне считаем неотъемлемой частью своей самобытности. И именно тогда, когда находим, говорим, что нашли понимание. Хотя понятие "понимание" – это отдельная история....

Метки:


Людей неинтересных в мире нет.
Их судьбы — как истории планет.
У каждой всё особое, своё,
и нет планет, похожих на неё.

А если кто-то незаметно жил
и с этой незаметностью дружил,
он интересен был среди людей
самой неинтересностью своей.

У каждого — свой тайный личный мир.
Есть в мире этом самый лучший миг.
Есть в мире этом самый страшный час,
но это всё неведомо для нас.

И если умирает человек,
с ним умирает первый его снег,
и первый поцелуй, и первый бой...
Всё это забирает он с собой.

Да, остаются книги и мосты,
машины и художников холсты,
да, многому остаться суждено,
но что-то ведь уходит всё равно!

Таков закон безжалостной игры.
Не люди умирают, а миры.
Людей мы помним, грешных и земных.
А что мы знали, в сущности, о них?

Что знаем мы про братьев, про друзей,
что знаем о единственной своей?
И про отца родного своего
мы, зная всё, не знаем ничего.

Уходят люди... Их не возвратить.
Их тайные миры не возродить.
И каждый раз мне хочется опять
от этой невозвратности кричать.

1961 год

Семёрка одностиший

В глубоких шутках водятся подтексты...

В ИКЕА взял инструкцию для шведского стола...

Однажды стал языковой барьер французским поцелуем...

Вернулся бумеранг. Под вечер. Не один...

Поймал себя на честном крепком слове...

Как стали годы брать своё — так обобрали!..

О сколь активов было вложено в лобзанье!..

О творчестве Гришковца

Уже много лет периодически пересматриваю моноспектакли Евгения Гришковца. Радуюсь новым постановкам. Люблю эти захватывающие потоки мыслей, не устаю от повторов, возможно, еще более, чем сами спектакли, люблю собственные скромные "озарения" во время просмотров, которым происходящее на сцене — как мелодия для слов, как настрой, как отрешение от чего-то мешающего в голове.

Изначально, с самого первого знакомства с этими моноспектаклями, считал, что главное в этой моей симпатии - схожесть нравственных ориентиров, психических реакций на события, схожесть в склонности к рефлексии. Однако попытки сформулировать точнее привели к пониманию, что различий наших с ним миров не меньше, чем сходств.

И тогда еще большей загадкой была моя симпатия к автору, синтонность чувствования меня и его героя. Основа этого созвучия увиделась мне в сомнениях, всюду сопутствующих герою, и в переживаниях и поисках, сопровождающих эти сомнения. Я бы назвал это "многоточностью мышления". Которая в том, что человек и (и ты сам) всегда видится не окончательно несовершенным или плохим даже при явных тому признаках, а неизменно с "открытым горизонтом", с надеждой на улучшение...

А вчера вечером, когда смотрел его очередной спектакль "Шёпот сердца", вдруг ясно понял, что вся его драматургия(а все спектакли незримо связаны, словно произрастают один из другого) как-то совершенно незаметно, но учит быть терпимым к эгоизму другого, к зацикленности другого на себе, учит любить другого вместе с его эгоизмом, а также и больше любить себя, несмотря на личный эгоизм. Спектакли Евгения Гришковца добавляют сердцу любви и веры в лучшее. Поэтому так светлы и притягательны...

Об одаренности любить.

Каждый человек изначально наделён одаренностью любить.
Которая может развиваться и использоваться безгранично, может стать двигателем всей жизни и не только своей, может свести на нет эгоизм и не только свой.
Может, но всё зависит,  всё-таки от человека...

Метки:

Двадцатка одностиший

И вновь без стука в кровь вошёл адреналин...

Мозг вынесен был под шумок скандала...

И без проблем переболел маразмом...

Весь был потрёпан, вплоть до нервов...

Мир хоть одним глазком бы мне, циклопу, посмотреть!..

Как отпечатки пальцев Ваши опечатки...

С прекрасных дам портной снимал не только мерки...

Скажи мне честно, только даром...

Не довести ли Вас, мадам, до чудного мгновенья?..

Совет бывалого: куда пойти с букетом...

Жить будете, больной, но лишь интимной жизнью...

Не нюхал пороху – поэтому был вспыльчив...

С дивана падая, успел постлать соломку...

Хотел дать в морду - получилось интервью...

Мог так склонять по падежам, что дамы соглашались...

Для скользких типов недоступен альпинизм...

Скандалили тихо – швырялись бумажной посудой...

Играю в мыльной опере с названием "Работа"...

В семейной драме подрабатывал тапёром...

Посуду били так, что было не до ссоры...

О разности.

Нередко двое говорят: "Мы с тобой – разные," имея в виду то непримиримые разногласия, то, напротив, естественную "разность потенциалов", которая и притягивает. "Разностей" между двумя людьми множество: разность опыта, возраста, образования, интеллекта, культуры, увлечений etc. Но лишь одна "разность", на мой взгляд, является действительным препятствием хороших отношений – разность эгоизмов. Даже если эгоизмы обоих очень велики – люди могут понимать и принимать друг друга в своих проявлениях. А вот если они именно в этом слишком разные, то понимание, приятие эмоциональных движений того, кто более эгоистичен – невозможно.

Метки:

О подчинении

Чтобы добровольно подчиниться, надо чувствовать себя свободным.(Некто)

Метки:

О писательстве

Секрет писательства заключен в вечной и НЕВОЛЬНОЙ музыке в душе. Если ее нет, человек может только «сделать из себя писателя». Но он не писатель… Что-то течет в душе. Вечно, постоянно. Что, почему? Кто знает? – Меньше всего автор. (Некто)

Метки:

Иногда Василию казалось, что он хорошо знает и понимает себя. И кто, спрашивается, кроме него самого, может знать, чего ему хочется, что ему лучше? А иногда казалось наоброт. Например, решает Василий свою внутреннюю проблему, старательно разгоняет лучом своей мысли тучи своей же косности и-и... вот оно – прозрение! Вдруг понимает, в чем ошибался, понимает как нужно, чтобы не ошибаться впредь. Ликует тогда Василий, что пришла долгожданная ясность, как жить и радоваться. Но... проходит совсем короткое время, и ясности как ни бывало – ничего не запомнилось! И нужно всё-всё-всё заново. "Почему? – сокрушался мыслитель, – эти капельки поумнения не задерживаются во мне?!" И чувствовал Василий себя опустошенным, ведь от него ускользало главное - его важные жизненные открытия. Ведь хотелось быть умным хотя бы в собственных глазах, а вместо этого Василий каждый день начинал понимать себя и других как в первый раз. Но вот это умение – каждый день как первый – у него, похоже, не забывалось, не ускользало.  Но умение ли это, понять Василию было недосуг...

О мышлении

На ход мыслей,на то, что говорится и пишется, влияет всё:
и внутренние личные события, такие как: мышечная радость и недомогание, выспанность и плохой кровоток, голод и его утоленность, усталость и опьянение;
и внешние "слагаемые": влюбленность и обида, общение и разлука,чьи-то слова и чье-то молчание, красота и уродство, безоблачность и ненастье.

Когда вдруг осознаешь, что и твои мысли, и даже твои личные осознания — не только твоя интимная данность, а еще и следствие многих, порой неосязаемых, неуловимых воздействий, то обретаешь новый взгляд на личную самобытность и свободу.

Метки:

Об эволюции с улыбкой

Бойфренд втихушку сэволюционировал до мужа...

И двое с жаром помогали эволюции лобзанья...

Сон в ходе эволюции вёл к пробужденью...

Люблю я эволюцию "Мартини" в подшофе!..

Из уваженья к эволюции пришлось умнеть...

Сентябрьское

И, хлопнув дверью интеллекта, вышел из себя...

Лишившись крыльев, не спешите склеить ласты...

Бой-баба завела себе бойфренда...

Растыка учился по методу втыка...

Под гильотиною и перхоть дорога...

Мадам, простите, как дойти до точки G...

В секс-шопе, чур, глаза, не разбегаться!..

Он в себя уходил, как иные уходят в монахи...

И застучало сердце мне условным стуком...

Прикинуться, что недурён собой, ума хватило...

Просил часы пробить по базе полночь...

Любил хирург откалывать коленца...

К врачам не обращаюсь — лечит время...

Мне молвил приступ тошноты: "Приступим?.."(из цикла "Будни мазохиста")

Какая сволочь сволокла мой тяжкий крест?..(из цикла "Будни мазохиста")

Июльское

В башке кружились мысли стайкою пираний...

Строка была длинна как Чуйский тракт...

Слова в строку сцеплял как в ссылку по этапу...

Мысль долго выбиралась из кавычек...

Уржались мысли над желанием подумать...

Хотел сказать, но по привычке ляпнул...

От драки мыслей просыпаюсь как побитый...

Жил полнокровно: без купюр и без кавычек...

Секс мысли с чувством юмора — острота...

VIP-мысли вхожи в клуб "Мировоззренье"...

Средь моих мыслей конкурс — "Мисс-озвучка"...

Неуспокоенной душе чужды' пустырник с валерьянкой...

Он краткость мысли доводил до многоточья...

Нет, не лежалось с дамой мне валетом...(в соавторстве)

Одна мысль в состоянии вынести мозг...

Он был наполовину полупьян...

Стучались мысли, не впустил – был не один...

Воспринимаю остро иглотерапию...

Страх высоты его настиг на пике славы...

Курить я бросил, но оттуда прилетело...

Не хочешь жить, так сделай вид, что помер...

Музофреническое

После фаст-фуда в животе звучал Пуччини...

К Кармен-сюите шли пирожные "Безе"...

"Сон Менделя" — есть песенка для ЗАГСа...

От страха прятал Штраус голову в оркестр...

Без сливок общества Чайкофский мне не друг!..

Десяток одностиший

Я воздержанье от еды лечу обжорством...

Он в ней нашёл изюминку — без сладкого не мог...

А, примыкая к партии, бери с собой отмычку..

Глаза блеснули проблесковым маячком...

Я ел не потому, что ты хотела зрелищ!..

И враг ожесточенно наступал на грабли...

Да я не сволочь! У меня лицо такое...

Любил вносить эротику в моральный кодекс..

Я б мог сдавать анализы как донор...

Василий и спешка

Василий очень не любил спешку.
И ту, когда очертя голову опаздываешь на самолет из-за подозрения, что тебя там не до такой степени любят, чтобы из-за тебя задержать рейс.
Но больше не любил ту незаметную внутреннюю спешку, которая вещает изнутри противным голосом: "Успевай жить, успевай побольше, а то не успеешь успеть!".
А ведь именно следование этому указанию как раз и мешало жить.
И был убеждён Василий, что всё и вся стали заметно сильнее спешить с приходом в бытность компьютера и Интернета.
Вот ведь раньше - как было-то? Чтобы чего-нибудь умозрительно-интересное получить: знакомство с классным фильмом или с богатством Эрмитажа, нужно еще добраться до ключевого кинотеатра или там до Питера.
А добравшись и дождавшись, ценишь это событие как глобальное, внимаешь происходящему как перед отъездом с планеты, а вернувшись, обрамляешь вновьприбывшее впечатление как важнокрасивое и долговечное.
И бережешь его, поскольку хотел, стремился, ждал, потратил время, терпение, внимание, ну и деньги...
Когда же на компьютере, а пуще того - в Интернете, доступных поводов для интересных впечатлений пруд пруди: фильмов сотни и тысячи, файлов с картинами - десятки тысяч, то само собой зреет стремление все успеть посмотреть, ведь еще и бесплатно же; и суетишься, смотришь наспех и наскоро, словно мелькающий пейзаж из окна скоростного "Сапсана".
И, вроде, успел много, а обрамить как яркое событие, зафиксировать как важную страничку памяти не повезло — спешка и жадность помешали.

Поэтому Василий старался как-то всё по старинке, «от печки»: картины - в картинной галерее, музыку - в концертном зале, кино и театр - в раздумчивой вовлеченности. И не жалеет на это ни времени, ни радости.

Василий и умные люди

Василия тянуло в  общество умных людей с детства.
Хотя представления об умности с течением времени, конечно, претерпевали изменения, ведь неумным кажется  то, что лишено смысла, а вот понятия о смысле как раз имеют привычку с возрастом меняться.
Например, в детстве все виды спорта, в которых дают волю злости и, собственно, тем самым тренируют ее, казались Василию глупыми. А потом выяснилось, что злости в обычной жизни  в обычном человеке может накапливаться столько, что по силам сожрать с ее помощью самого себя, так что пусть уж лучше злость остается в состязаниях.
Но все Василию казалось, что попади он в общество умных людей — и всё станет по-другому. Ну а если очень хочется, так получите заказ и распишитесь в получении.
Но такая на Василия нахлынула путаница в умном-то обществе, что хоть пиши заявление об уходе. Потому что быстро привыкаешь к умности людей  и сразу начинаешь находить в них кучу глупостей. Один разбирается в искусстве и литературе как бог, и может дни и ночи напролет увлекательно говорить, но вот только сам безнадежно одинок. Другой - эрудит во всех областях сразу,  мастер на все руки, но дружит только с такими же неординариями. Третий вовсе не ангел, но любой поступок и любое движение души может так точно истолковать, что хочется его  канонизировать, чтоб не повадно было тайное рентгеном просвечивать.

И так  Василий в обществе умных людей замаялся и растревожился, что грешным делом стал себя дураком чувствовать. Вот тут его и осенило. Что тогда человека можно по-настоящему умным считать, когда в его обществе сам умнее и веселее делаешься, когда мысли и настроения солнечные сами тебе в голову и в сердце просятся, а тебе совсем не жалко их раздаривать.

О питании эмоций

Точно также как в море информации, окружающем современного человека, содержится огромная доля совершенно бесполезного, бессмысленного, а то и вредного, так и в эмоциональном поле индивида в той же примерно пропорции есть эмоции и чувства, которые не несут ему ничего хорошего, а то и значительно угнетают его, тормозят его разум и развитие. Разница в том, что информацию можно и гораздо легче анализировать и фильтровать, а эмоция — первична, эмоцию человек воспринимает как сугубо лично инициированную, как часть своей самобытности, и отказ от как бы спонтанно возникшей личной эмоции воспринимается неким предательством себя.

Речь, конечно, не о программировании своих эмоций или насилии над ними, а о "дружбе" с "лучшими из лучших" и "отстранении" от худших — о  взращивании, питании одних и посильном(действительно посильном!) "невнимании" к другим — "в нас расцветает то, что мы питаем".

Метки: